«Нас не упоминают даже в прогнозе погоды»

Дмитрий Савельев, депутат Госдумы, ранее выступавший за перенос ряда министерств в Новосибирск: «Президент прекрасно знает Новосибирск. О его отношении к нашему городу говорит тот факт, что именно Новосибирск стал первым крупным городом России, который он посетил, впервые став президентом России. Но в таком серьезном вопросе президент руководствуется не симпатиями, а объективными критериями.

Так что следует признать: в том, что президент назвал не Новосибирск, а Красноярск, содержится, если хотите, объективная оценка работы наших региональных властей. Если Новосибирск упустит возможность стать «третьей столицей» России, он потеряет многое. В первую очередь — свою привлекательность для притока сюда серьезных инвестиций. Новосибирск пройдет мимо масштабных федеральных проектов. Можно будет забыть о претензиях на то, чтобы стать уникальным транспортно-логистическим узлом, связывающим Россию и Европу с динамичными азиатскими рынками. Эти функции, вслед за «столичным статусом», у нас перехватит Красноярск.

Если часть «столичных функций» действительно передадут Красноярску, то он объективно станет более привлекательным в первую очередь для бизнеса, а как следствие — и для внутренней миграции.

К тому же, как мы знаем, Красноярский край по сравнению с нашей областью куда более богат природными ресурсами».

Светлана Соболева, главный научный сотрудник Института экономики и организации промышленного производства СО РАН (ИЭОПП): «Он (Путин. — З.К.) мотивировал свое решение тем, что это (Красноярск. — З.К.) — центр страны. Ну а что, Красноярск — достойный город, и руководитель там сейчас достойный. Новосибирск — город науки, а вы видите, как относятся к науке — имею в виду реформу РАН. Естественно, занижается значение и города — центра науки. Но знаете — это просто разговоры: не будет какого-то масштабного переноса ни в Красноярск, ни в Новосибирск. Некоторые ведомства будут распределены, начнут, скорее всего, с офисов столичных компаний. Министерства переводить сложно — вряд ли найдутся такие большие свободные деньги, когда у нас много других потребностей.

Если идее Путина суждено воплотиться, в первую очередь мы потеряли те финансы, которые могли бы оставаться в регионе за счет налогов [с деятельности тех компаний, офисы которых могли быть перенесены в Новосибирск].

Чего мы избежали? Множества дополнительных проблем, которые связаны с крупным мегаполисом: пробки, мигранты. Нам это нужно? У нас и так достаточно крупный город и много проблем, которые нужно решать.

Думаю, что невозможен отток населения из Новосибирска в Красноярск, так как миграция идет с востока на запад. Потому что чем западнее территория, тем лучше климат. Новосибирск — город крупный, с развитой инфраструктурой и достаточно чистый в плане экологии, более благоприятный, чем те районы (Красноярск. — З.К.). Там (в Красноярске. — З.К.) очень крупные алюминиевые комбинаты, которые существенно загрязняют атмосферу».

Андрей Бекарев, крупный новосибирский финансист и инвестор, создатель компании «Саентифик Фьючер Менеджмент» (SFM): «Есть объективные моменты, которые говорят, что Новосибирск лучше подходит: транспортная доступность и расположение в центре страны, а также часовой пояс, который позволяет работать с востоком и западом. Но, во-первых, Новосибирск за последнее время в силу дурацких скандалов порастерял в чисто имиджевом плане.

Мы даже потеряли [упоминание] в [федеральном] прогнозе погоды, как будто нас не существует — забавная примета.

Во-вторых, Красноярск — более мощный промышленный центр. С учетом сложившейся внешнеполитической ситуации задачи по развитию собственной российской промышленности становятся более актуальными, промышленные центры требуют более оперативной поддержки. Думаю, это в том числе являлось причиной выбора Красноярска. Однако если бы выбирали прагматично, это был бы Новосибирск. Но там решение базируется не только на прагматичных соображениях: есть пул лоббистов, которые могут лоббировать какие-то решения. Давно шел тренд, когда Красноярск заявлял о своей большей статусности, чем Новосибирск.

Однако Новосибирск избежал дальнейшего катастрофического транспортного коллапса внутри города. Любой федеральный чиновник любит перемещаться с ветерком и в удовольствие — это, возможно, тоже было причиной выбора в пользу Красноярска. Мы потеряли безусловно лоббистские возможности региона. Безусловно были бы дополнительные вливания в ту же дорожную инфраструктуру, строительство и дополнительные рабочие места.

Но маловероятно, что это повлечет отток людей и бизнеса из Новосибирска. Бизнесы, которые будут расти вокруг федеральных органов власти — это лоббистские бизнесы. Все остальные все равно привязаны к каким-то другим параметрам. И это [размещение федеральных органов в регионе] не будет для них актуальным».

Дмитрий Березняков, политолог, заведующий кафедрой государственного и муниципального управления Сибирского института управления РАНХиГС при Президенте РФ: «То. что в данном случае был выбран не Новосибирск, а Красноярск, серьезных изменений в статусе Новосибирска не принесет — в долгосрочной и среднесрочной перспективе. В краткосрочной перспективе может показаться, что Красноярск выигрывает конкурентную борьбу у Новосибирска в плане претензий на статус столицы.

Политико-управленческий коллапс, который случился в Новосибирской области совсем недавно, серьезно повлиял на репутацию области и города на федеральном уровне.

Мы избежали того, что называют бюрократической возней, увеличения штата бюрократии в регионе. С другой стороны, что мы потеряли: любой перенос такого рода функций дает дополнительные ресурсы в смысле связей и скорости принятия решения для субъекта федерации. Оттока людей из Новосибирска в Красноярск не произойдет, потому что надо понимать, [что Новосибирск — это] мультимодальный транспортный узел, структурированная промышленность и т.п. А как поведет себя крупный бизнес, зависит не от этого, а от бизнес-климата в регионах — это первично».

Сергей Комарицын, директор центра гуманитарных исследований и консультирования «Текущий момент» (г. Красноярск), историк-политолог: «За Урал нужно перенести [столицу]. Но я думаю, ни Красноярск, ни Новосибирск на эту роль не годятся. Это должен быть какой-то небольшой город, чтобы дать толчок его развитию. Когда в свое время столицей был выбран маленький город Новониколаевск, а не исторические города — Иркутск, Красноярск, — это дало толчок его развитию. Но такое происходит, только если в городе нет инфраструктуры. А если она уже есть, это ведет только к бюрократизации города. Но я говорю о столице, а не о переносе органов [государственной власти в регионы]. Думаю, что перенос органов всерьез не повлияет. Это мы видели на примере Санкт-Петербурга, когда туда переносили Конституционный суд.

Думаю, у Новосибирска хватает своих бюрократических проблем. Там находятся представительства по Сибирскому федеральному округу, он (Новосибирск. — З.К.) больше забюрократизирован, чем Красноярск. Если говорить о конкуренции между городами, то в этом смысле она искусственная. Поэтому Новосибирск в этом плане ничего не потерял, также как Красноярск не приобрел. У нас [в Красноярске] есть сейчас небольшой поток [миграции] из соседних регионов, в том числе из Западной Сибири и Алтайского края. Но в основном все-таки — из Восточной Сибири. Думаю, что этот поток не станет больше».