Вера Расторгуева: "Образование формирует личность" (ФОТО)

Сегодня уже не актуален спор: победят физики или лирики. Очевидно, что любой стране нужны и поэты, и инженеры. А вот как себя чувствуют две ветви образовательного дерева – гуманитарная и техническая – мы постараемся выяснить у наших экспертов.

Первой для разговора «Итоги недели» пригласили кандидата филологических наук, доцента кафедры русского языка и литературы, заведующую кафедрой теории и методики преподавания русского языка и литературы ЛГПУ имени Петра Петровича Семёнова-Тян-Шанского Веру Сергеевну Расторгуеву.

– Когда начинаются дебаты о нашем советском вчера, в первую очередь вспоминают фундаментальное образование. Не будем останавливаться на прошлых стандартах обучения, а поговорим о том, что сегодня является основой гуманитарного образования в России?

– Гуманитарное образование – это знание об экзистенциальных ценностях, о душе, о внутренней сложности личности. Ни юриспруденция, ни социология, включённые сейчас в комплекс гуманитарных наук, к душе человека отношения не имеют. Только литература ориентирована на изучение человека в человеке. Но в современной школе ей отведено чуть ли не последнее место в учебном расписании, чаще всего это шестые-седьмые уроки. Сегодня учителя-филологи делают акценты на языке, потому что он входит в обязательный перечень ЕГЭ.

В советское время учителя понимали степень своей профессиональной ответственности. Сейчас, на мой взгляд, такое понятие, как профессиональный долг, исчезло. А коль ушло главное, ни о какой глубине образования речи быть не может.

Современные студенты-филологи во многом лишены знания тех фундаментальных работ, на которых формировалось наше поколение. Я имею в виду труды Дмитрия Сергеевича Лихачёва, Сергея Сергеевича Аверинцева, Михаила Михайловича Бахтина, Юрия Михайловича Лотмана, Юрия Николаевича Тынянова. Сегодняшнее литературоведение не удовлетворяет больших научных запросов.

Но повод для оптимизма есть. Мы ищем новые формы работы. Например, по инициативе ректора ЛГПУ Нины Владимировны Фединой в вузе реализуется хорошая идея – базовые кафедры. Когда есть единая система педпрактики, она помогает студентам открыть для себя профессию учителя. Думаю, в наши дни главная основа образования, да и вообще нашего существования, – личная мотивация. Сегодня молодым людям труднее всего сделать выбор. За выпускников чаще выбирают родители, а это не всегда правильно. Насколько я знаю, в западной практике нет такой традиции – поступать в вузы сразу же после школы. Там молодёжь себя определённое время ищет и делает правильный выбор профессии, уже имея некий опыт. Считаю, нам нужно присмотреться к этому.

– Педагоги гуманной школы говорят, что нынешних детей отличает высокая духовность, причём не приобретённая, то есть воспитанная, а врождённая. Другие учителя утверждают: бог с ними, морально-волевыми качествами, нужно брать в оборот тех, кто в своём интеллектуальном развитии опережает время, и тратить именно на таких детей государственные и частные деньги, а из остальных растить квалифицированных (по возможности) пользователей. Так что же делать с мозгами и душами наших детей?

– С ребёнком нужно работать, развивать его. А то, что современные технологии требуют рационального отношения к профессии, к окружающему миру, даже к детям – это данность. В современном постиндустриальном мире, где формула «товар – деньги – товар» определяет всё, очень трудно говорить о душе. Мы живём в ритме бесконечного зарабатывания денег. А этот разговор требует тишины. И мы, педагоги, думаю, ещё не перестроились, не поняли, как работать с ребёнком, который, как и мы, стал частью рынка.

В нашем обществе сейчас сосуществуют три поколения, учившиеся в разное время. Старшее прошло через фундаментальное советское образование (да, оно было идеологизированным, но в тоже время нравственным, с определённой шкалой ценностей). Среднее – поколение девяностых – жило в годы вседозволенности. Я студентам привожу пример, как тогда изменилось социокультурное значение слова «брат». От евангельского, христианского «братья и сёстры» оно нивелировалось до бандитствующих братков. Мне в сочинении однажды написали: «Братки-масоны приняли Пьера Безухова в свои ряды». Нынешние дети – поколение Z – генерация информационных технологий, для которых виртуальный мир ближе реальности. На мой взгляд, педагогическое сообщество, бо'льшая его часть, не готово работать с такими детьми. Последний пример – юный подмосковный стрелок.

Из нашего обихода почти исчезли слова «товарищ» и «соратник». Мы все стали друг другу партнёрами, причём в разных сферах. Происходит глубинная подмена смыслов. В слове «друг» есть гуманитарная составляющая, а слово «партнёр» ею не обладает. А такие современные сленговые слова, как «чел», «ботан», «мент», просто нивелируют личность. При этом дети у нас замечательные, у них огромный потенциал, который педагоги должны использовать и направить по верному курсу. К сожалению, наши школьники мало знают свою историю, не читают отечественную литературу, самое печальное – они не знают даже историю семьи. В своих интересах дети ориентированы на западные стандарты. Смотрят американское кино, читают книги европейских авторов. Английский знают не хуже русского. И в этом они не виноваты. Виноваты мы, взрослые, утратившие любовь к своей истории. Никто не подумал о том, когда переименовывали Ленинград в Санкт-Петербург, что стирали в сознании молодёжи память о ленинградской блокаде. Нет места – нет события. То же самое можно сказать и о Сталинграде. В Париже, кажется, есть площадь «Сталинград». Но вот возник «Бессмертный полк». И оказывается, что всё не так плохо и в нас не уничтожена национальная память. А это залог будущего.

– А ведь ещё Константин Дмитриевич Ушинский утверждал, что школа – самый ревнивый хранитель национальной культуры, языка, духа народа.

– Если перестают читать русскую литературу, значит идёт разрушение национального кода. Без литературы это будет уже другой народ. То же самое можно сказать и про разрушение языка. Нужно всегда помнить библейское: «В начале было Слово. И Слово было у Бога. И Слово было Бог». Когда мы расторгаем эти связи, возникают зияющие нравственные пустоты. Отсюда пресловутая коррупция, отсюда дети-убийцы. Язык быстро реагирует на подобные трансформации. Обратите внимание, смайлики в телефонах наших детей заменили такие тёплые слова: «я рад тебя видеть, слышать», «люб­лю тебя». В детстве была песенка: «Точка, точка, запятая – вышла рожица кривая». Сейчас она звучит угрожающе, потому что многие так и воспринимают человека. Мы разучились сострадать, жалеть, понимать. Мы перестали слышать друг друга. А ведь Михаил Бахтин говорил, что жить – значит участвовать в диалоге. Мы живём в недиалоговое время.

Одна из воспитательных обязанностей школы – вырастить гражданина, любящего своё Отечество. Как это делать сегодня? Николай Васильевич Гоголь в своё время подсказывал: нужно про­ехать по России. Редкие школы организуют для учеников экскурсии в Ясную Поляну, Тарханы, Спасское-Лутовиново, Константиново. Я помню, как по дороге в Михайловское пожилая женщина рассказывала, что она к Александру Сергеевичу Пушкину возила внука, а теперь везёт правнучку. Привести ребёнка к Пушкину, а это, напомню, русский гений, можно только через Михайловское и его последнюю квартиру на Мойке. Это не так уж и дорого. Нужно просто понимать: Турция или Болгария вашему ребёнку не даст ничего, а Михайловское запомнится надолго. И мне кажется, здесь должна работать государственная программа. Не каждая семья может потянуть такую поездку.

Своим ученикам я всегда привожу в пример музей Льва Толстого в одно­имённом посёлке, где на стене комнаты, в которой провёл последние земные часы гений русской словесности, сохранился на обоях абрис тени умершего писателя. Музейные работники сберегли этот рисунок в годы революции, в Гражданскую войну и Великую Отечественную. Каков был уровень их духовной культуры! Насколько интересно и полезно смотреть документальную съёмку похорон Толстого, когда перед его гробом на колени встали тысячи и тысячи утончённых господ и мужиков в зипунах. Сейчас такого духовного авторитета в России нет. Недавно ушёл великий Валентин Григорьевич Распутин, раньше – великий Виктор Петрович Астафьев. Но общество не заметило духовной потери. А эти люди были совестью нации. Школьники же их произведений почти не читают. Думаю, пришло время, и уже давно, менять школьную программу чтения, нужно предлагать детям иных авторов, современников, пишущих на актуальные темы.

– Удивительное дело, как наши знаменитые писатели становились властителями дум, будучи технарями по образованию. Евгений Замятин – кораблестроитель, то есть инженер. Всё его творчество пронизано борьбой против механизации человека, превращения его в машину…

– Владимир Маканин окончил мехмат и стал очень хорошим писателем, Александр Иличевский – физик и математик – оказался тоже неплохим писателем. Михаил Афанасьевич Булгаков, Антон Павлович Чехов, и список этот можно продолжать долго. Талант – вещь мистическая, его природа не разгадана. Скажу неоднозначную вещь: профессиональные филологи пишут плохо, за исключением, пожалуй, Татьяны Толстой и Евгения Водолазкина. Филологическое мышление – особое, мы оперируем другими дефинициями, понятиями. У человека с техническим образованием мышление рациональное, не позволяющее расплываться мыслям и тексту. Существует энергия слова, которая передаётся читателю и через бумагу книжной страницы. Например, я всегда напрягаюсь, когда читаю наизусть лермонтовское «Выхожу один я на дорогу…», боюсь сбиться на последних катренах. Когда в Тарханах увидела черновик этого стихотворения, поняла, в чём причина. Последние стихи Лермонтовым все исчерканы. Он долго работал над словом. И эта сбивчивость осталась где-то поверх строк. Её чувствуешь, и тоже начинаешь сбиваться.

– Один замечательный липецкий школьник, уникум-математик, мне в разговоре как-то сказал, что математика настолько гармонична и красива, что ею вполне можно поверить красоту и гармонию Божьего замысла. А? Каково? И это мнение восьмиклассника. Но огромное число современных поэтов-писателей, на мой взгляд, разрушают и красоту языка, и стройность мироздания.

– Это только подтверждает то, о чём мы уже говорили. Язык быстро реагирует на изменения человека. Писатель, плохо владеющий языком и пытающийся говорить со своим современником, – это тоже знак сегодняшнего времени. Какие мы, такое слово у нас и о нас. Люди, тонко чувствующие язык, сейчас мало пишут. И это неслучайно. Писатель, уходящий в молчание, – дурной знак для эпохи. Любые катастрофы случаются тогда, когда начинается нравственный кризис. Сегодня нужно научиться друг друга любить, жалеть, понимать. С разрушением гуманитарного образования уходят и понятия человеколюбия.

– Парадоксальный Эйнштейн считал, что образование – это то, что остаётся после того, когда забывается всё, чему учили.

– Образование – это всё-таки не обучение, а создание личности. И воспитательный аспект в образовании очень силён. Я периодически бываю в средней школе села Вторые Тербуны. Там работает несколько социальных проектов. Один из них взаимообогащающий: бабушки и дедушки школьникам песни поют, играют на старинных инструментах, учат что-то мастерить, а ребята старикам открывают мир компьютера.

– То есть учитель должен учить детей тому, во что сам верит, что сам любит.

– Учитель – это служение. Любое служение – нравственный подвиг. На это тратятся огромные внутренние силы. Быстро наступает профессиональное выгорание.

– Вера Сергеевна, посыл-то правильный и хороший. Но ведь каждому нужно кормить свои семьи. И тогда все на своих рабочих местах должны служить Богу и Оте­честву, а не возлагать эти почётные обязанности только на педагогов, врачей и священников.

– В обществе нужно воссоздать культ человека на своём месте. Мы должны научиться любить свою Родину и гордиться ею. Ведь земля наша – это прах предков. У Захара Прилепина есть эссе «Кровь поёт, ликует почва». В нём он пишет, как наблюдал за своим двухлетним сыном, который босиком ходил по земле, присматривался, не налипло ли что на пяточки. Так вот, писатель заключает, что растворённые в почве сердца его деда и прадеда ликуют, поддерживая эти пяточки.

– Быть может, государство уповает на математиков, потому что они более управляемы?

– Легче управляемы филологи. Для них первично слово, а слово в эпоху постмодернизма – хорошо продаваемый товар. Когда-то Виктор Пелевин написал роман о филологе, влившемся в рыночную экономику, – Generation «П». Герой придумывал слоган к рекламе сигарет, использовал для этого знаменитую фразу Чацкого: «И дым Отечества нам сладок и приятен». Как вы понимаете, под дымом предполагался дым сигарет. Вот это наиболее яркий пример того, что происходит со словом, а значит, с нашими душами.

– Может, сам народ становится более рациональным, потому что не хочет быть облапошенным?

– Сейчас говорят, что мы утратили то понимание народа, которое культивировала русская литература. Появились синонимы «население», «масса», которые раньше с народом не ассоциировались. Но я думаю, что переживать по этому поводу не стоит. Ведь умом Россию не понять. Мы даже не предполагаем, что происходит в недрах нашего коллективного бессознательного, какие там зреют силы.

– По мнению пропагандиста гуманитарно-личностного подхода к ребёнку педагога Шалвы Амонашвили, учитель – это посредник между детьми и духовными ценностями прошлых и современных поколений. А ещё раньше основоположник «Липецкого педагогического опыта» Константин Александрович Москаленко, разработавший гуманные технологии обу­чения, сказал: «Необходимо, чтобы все уроки без исключения начинались с положительных эмоций и заканчивались детской радостью». Всё-таки какая большая ответственность быть учителем!

– Василий Александрович Сухомлинский говорил: «Учитель, прежде всего, – это свободное время». Чтобы быть проводником в область духовного знания, педагог должен всегда иметь время для самовоспитания, самосовершенствования. А что касается радости от урока, от самого процесса обучения, то лет до двенадцати я бы не ставила «двойки». Над ребёнком не должна довлеть оценка. Ему надо знать, что его любят, что его учат не для того, чтобы за незнание наказать, а для того, чтобы радоваться его успехам.

– Спасибо, Вера Сергеевна, за беседу. Рада за ваших студентов, им есть у кого учиться.

P.S. В следующем номере журнала – беседа с кандидатом физико-математических наук ЕГУ имени Ивана Бунина Сергеем Викторовичем Щербатых.

Поздравляем всех учителей с наступающим праздником! Низкий вам поклон за всё, что вы делаете для нас!