«Гость ЛУ». Иван Голубничий. Скорбный Ангел (стихи)
ГОЛУБНИЧИЙ Иван Юрьевич – родился 8 июня 1966 года в г. Москве. После окончания школы служил в Пограничных войсках СССР. Окончил Высшие литературные курсы (Литературный институт им. Горького). В 1992 году в еженедельнике «Литературная Россия» появилась первая публикация стихов Ивана Голубничего. С этого момента он регулярно выступает на страницах российских изданий как поэт, литературный критик и автор актуальных публицистических статей. С декабря 1998 года работает в Московской городской организации Союза писателей России. С 2000 года занимает должность главного редактора газеты «Московский Литератор». Является членом общественных редколлегий журналов «Поэзия» и «Проза». По совместительству занимает должность ответственного секретаря творческого объединения поэтов Московской городской организации Союза писателей России.
Иван Голубничий является автором трёх книг стихов, двух книг публицистики и многих публикаций в российской периодической печати. Творчество Ивана Голубничего положительно оценивали такие известные писатели, как Пётр Проскурин, Владимир Гусев, Николай Федь, Валентин Сорокин.
На темных одеждах – дорожная пыль, В ладонях – остатки даров. В угрюмых надеждах – кромешная быль И пламя грядущих костров.
В угасших глазницах – Иллюзии крах Да девственных снов лепестки, Сожженных миров остывающий прах И море смертельной тоски.
На звездных дорогах мы встретимся вновь – Ведь сходятся где-то пути? – И если была между нами любовь, Прости меня, жено, прости…
Любимых слов прекрасная тщета, Мерцанье тайн в трепещущей строке, Премудрых книг святая нищета, Тревожное гаданье по руке –
Как мерное качанье в гамаке…
Холодных дней однообразный ход, Сомнительный, непонятый никем, Но кое-как прожитый старый год, И те же трещины на потолке –
Как тихое течение в реке…
И все глядишь на темный небосвод И грезишь о забытом уголке. Там все как здесь – и розовый восход, И белые туманы вдалеке,
Как тени уходящих налегке…
Ты скажешь: « – Ночь…». Прозрачный мотылек Мне на ладонь доверчиво прилег.
Я буду ждать. Ни слова, ни строки, Лишь слабое дрожание руки.
И страшно думать, что опять во сне Мой скорбный ангел прилетал ко мне.
А может, в час позора и конца Безумие за мною шлет гонца?
А может, просто сонный мотылек Устал и, бедный, на ладонь прилег?!
… И бьются тени в мутное стекло, Как будто чье-то время истекло.
А может, просто жизнь совсем пьяна? Там, на дворе, лихие времена…
Ты скажешь: « – Скучно жить в чужом краю!» Я темные бокалы достаю.
… И было так: молились до утра, А после пили до кошмарных грез, И странно коротали вечера.
И год прошел, но счастья не принес. А помнишь, как сияли небеса Ответом на мучительный вопрос?
Горели подмосковные леса, Спокойно спал палач в своем дому, И сумасшедший слышал голоса.
И Август плыл в удушливом дыму, Безжалостно сжигая эту твердь, Сомнительный, ненужный никому…
Я раньше думал – так приходит смерть.
…И городов бунтующая твердь, И аромат полей, И в каждом теле зреющая смерть, И розы на столе,
И встречи в отдаленных уголках Заброшенной страны, И пьяницы, таящие в зрачках Младенческие сны,
И сонные осенние ветра, Забредшие сюда, И на окраине забытый храм, – Забытый навсегда,
И на стене моей старинный крест – Как скорбь Его чиста! – И тихий ангел, приложивший перст К трепещущим устам,
И звучных слов тревожная мольба Неведомо о чем, И странная, невнятная судьба, И что-то там еще…
Я полюбил в глухие ночи Смотреть сквозь мутное окно В холодные, слепые очи Светил, угаснувших давно.
Они почти уже остыли И в синем холоде плывут Одни, в туманах звездной пыли, Покуда вовсе не умрут.
И это мощное сиянье, Пронизывающее тьму – Лишь путь луча сквозь расстоянье, Непостижимое уму.
А ты глядишь, завороженный: – Какая яркая звезда! Светильник, ангелом зажженный, Неугасимый никогда…
…И в небе осеннем сияют они, Последние тайны храня. Ни полунамека, ни проблеска, ни… Ничто не тревожит меня.
И славно, как встарь, коротать вечера В блаженном, как встарь, полусне. Лишь поздние гости – сырые ветра – Стучатся в окошко ко мне.
И будят, и напоминают о том, О чем невозможно сказать, И лучше в неведенье жить бы святом – И я открываю глаза…
Привычные вещи, постель и окно, Простые владенья мои Хочу я увидеть, но вижу одно – Пустые глазницы свои.
В сей поздний час мой дом и пуст и темен. Смотрю в окно. А что же делать, если Все разошлись давно, один котенок Не спит, лишь сладко дремлет в мягком кресле.
Кусочек льда в рубиновом бокале Растаял – как естественно и мудро! – А через час холодной светлой сталью Всех ранит в сердце пламенное утро.