Как живут люди с синдромом Аспергера?

У меня синдром Аспергера был диагностирован в 30 с гаком лет. В России нет такого официального диагноза у взрослых, но врач несколько лет назад мне его поставил (к слову, в США сейчас нет этого диагноза, есть только расстройство аут. спектра; оно бывает разным - разной степени). Мое детство пришлось на 1990-е годы. Тогда такой диагноз не ставили никому.

Тем не менее, в 1990-е годы моя мама таскала меня по психиатрам, психологам и невропатологам.

В детстве у меня был диагностирован невроз навязчивых состояний (были подергивания шеей и много чего еще).

Никакой романтики в этом отклонении нет. Это очень осложняет жизнь.

Я с детства понимала, что чем-то отличаюсь от основной массы других детей. Чем? Не могла ответить. У меня относительно нормальные родители, но почему-то социум меня не любил.

Есть такой недостаток: могу сказать правду-матку в глаза (и это у меня с детства). Поэтому просто сейчас мало взаимодействую с людьми. Я не умею определять рамки в общении. Именно: что кому стоит говорить, а кому - нет. Многое воспринимаю прямо. Если мне скажут на работе что-то вроде: "сверни горы за час или увольняйся", так я сначала сделаю попытку свернуть эти горы (хотя это нереально), а потом сама приду с заявлением об увольнении с комментарием: "Я не справилась, увольняйте". Много раз меня останавливали коллеги словами в такой ситуации: "Ты что, это все для красного словца начальством сказано". Ну а я понимаю все буквально.

Я очень часто смеюсь над не очень смешными вещами для обычных людей. Каким-то людям обидно. Выглядит это грубо.

Не переношу касаний других людей. Мне неприятно. Меня лучше вообще не трогать. Сейчас в моем узком кругу общения при поздравлении с праздником принято обниматься. Некоторое время до этого много думаю о таком предстоящем событии. Это может выглядеть как брезгливость. Но это не так. Мой сексуальный опыт ограничивается двумя контактами в 21-23 года (из любопытства). Постоянных отношений у меня нет и быть не может.

Мне трудно и даже больно (это надламывает меня) смотреть людям в глаза. К кому-то (к конкретным людям) ты привыкаешь, уже проще иногда направить свой взгляд на них. Это тоже может выглядеть грубо.

У меня специфическая лексика. В речи мало эмоций, но много фактической информации. Эмоции людей не чувствую. Со всеми общаюсь одинаково. Для меня «общение» и «взаимодействие» - это синонимы. Имеется общая модель в виде: «Привет!», «Пока!», «Здравствуйте!» и т.д.

Сенсорные проблемы огромны. Я не могу есть каши (кроме гречки с мясом). От одного вида противно и сразу тошнит. Шерсть тоже противна. Не умею ничего делать руками. Даже повторять за другими. У меня патологическая неловкость, по сто раз могу спотыкаться об одну ступеньку. Это смешно для окружающих. Не понимаю, какую одежду можно сочетать, а какую нельзя. Были случаи, что я с летними цветными брюками одевала осенние закрытые туфли. Один раз мне удалось при этом словить взгляд со стороны. Я долго не могла понять: «а чего такого?». Дошло через неск. месяцев, когда рассказала очень хорошему человеку.

В детские годы у меня всегда был план на день: почитать книгу, посмотреть сериал, сделать уроки. Перемена чего-либо раздражала. И да, в 1990-е годы я носила дома только футболки из одного материала, которые привозили не из России (другое я просто надеть на себя не могла, меня трясло). И сейчас я могу себя чувствовать себя хорошо только в определенной одежде. Да и одеваюсь однотипно везде. Это очень напоминает героя из фильма «Человек дождя». Нет, биться головой о стену (если бы отключили свет, а я бы не смогу посмотреть сериал) я бы не стала. Но это бы сломало мой день. И погрузило бы в грустные философские размышления.

Сейчас я немало путешествую, но в одиночестве. Я не способна чувствовать желания и потребности других людей. При этом мне трудно организовать быт.

У меня есть определенный интерес к наукам, очень неплохая память на цифры и любые даты. Я помню свою жизнь по датам. Я очень хорошо помню свое детство. Я и закончила исторический факультет потому, что это не требовало от меня особых усилий (только работа над речью, для этого некоторые фразы даже заучивала).

Единственное достоинство человека с синдромом Аспергера – это умение глубоко копать. Если за что-то на самом деле возьмешься, то проработаешь эту тему от и до. Дружить и любить у меня не получается. Я не хочу обобщать, но конкретно у меня отсутствует понимание и дружбы, и любви.

Жить в социуме с синдромом Аспергера – не сахар.

У меня есть фобии. Но они связаны с жизненным опытом, а не синдромом Аспергера. Быть одинокой я точно не боюсь. Это мое естественное состояние.