Продюсер Заур Болотаев: разберемся с Америкой - возьмемся за Осетию

Корреспондент Sputnik Лев Рыжков встретился с генеральным продюсером картины Зауром Болотаевым — осетином по происхождению — и поговорил о природе ужасного в кинематографе, о том, легко ли работать в Голливуде и о кинематографических перспективах Осетии.

Sputnik, Лев Рыжков

— Почему вы, успешный продюсер, обратились именно к жанру ужасов?

— Это не случайно. Сейчас в кино по всему миру интерес у зрителей вызывают именно фильмы ужасов. Поэтому, собственно, мы начали их делать.

— Жуткие ритуалы в вашем фильме, когда, например, девушку заживо закапывают в землю, имеют ли под собой какую-то фактологическую базу? Были ли они в действительности?

— Это все придумал Слава Подгаевский, автор сценария и режиссер. Это его идея. Здесь просто взят некий страх. Всем же страшно оказаться живым в гробу? Еще у Гоголя была такая история. Миф ходил.

— У Гоголя это и в жизни произошло.

— Это же страшно, если тебя вдруг закопают живым в гробу? Это клаустрофобия! А Слава еще придумал поместить в гроб ползущего демона, чем еще усилил страх. Такие элементы жанра хоррор, как всевозможные страхи, как правило, не вплетены в историю. Они существуют отстраненно.

— Вместе с тем, ваш фильм, можно сказать, изящен и абсолютно не кровав.

— В жанре ужасов есть определенные поджанры. Есть, например, "слэшеры" — это когда маньяк бегает и всех убивает, когда много крови. А когда появляются из темноты демоны — это хоррор. Мы делали хоррор. Поэтому у нас нет никаких кровавых убийств. Это просто разные жанры.

— Критики отметили, что "Невеста" получилась хорошим, по-настоящему страшным фильмом. Почему сделать зрителю страшно российским кинематографистам раньше не удавалось?

— Сложно ответить. Если я сейчас буду говорить, почему не получилось у других, я буду автоматически обижать их. А мне не хочется этого делать. Ну, почему получилось? Потому что со сценарием мы как следует поработали. У нас много чего хорошо получается.

— А откуда взялись жуткие фото покойников с глазами, нарисованными на веках? Вы это придумали?

— Ну, это известный факт. Когда появилась фотография — она была дорогая. И в течение жизни многие люди не могли ее себе позволить. И фотографировались уже мертвыми. У нас в фильме — настоящие фотографии. Это реальные трупы. Мы нашли фотографии в Интернете. На них уже не нужны права, потому что прошло много времени, и мы их использовали.

— А какая была атмосфера на съемках? Все шутили, веселились? Или, может, все были мрачные, сосредоточенные, проникались настроением?

— Была обычная производственная атмосфера, как всегда, когда люди работают, снимают кино. Кинематографисты любят рассказывать байки: вот, была мистическая атмосфера. Ничего подобного! И потом, когда герой, например, крадется по коридору — в этот момент за ним, с другой стороны, стоит пятьдесят человек. Поэтому на площадке не может быть того же ощущения, как и в фильме.

— Актеры у вас незнаменитые.

— Да. Ну, Вячеслав Чепурченко более-менее знаменит. Он снимался у меня в "Своими глазами" — играл одну из главных ролей. И потом он еще играл в сериале "Измены". Вот он более-менее знаменит. Александра Ребенок — тоже известная.

— А вот исполнительница главной роли Виктория Агалакова — совсем неизвестная?

— Это не дебют у нее, но она была никому не известна. Но теперь будет!

— Просто кастинг. Это Слава Подгаевский ее нашел. Он, как режиссер, вел кастинг.

— Кастинг на фильм ужасов что из себя представляет?

— Абсолютно то же самое, что и обычный кастинг.

— А не было такого: "Покажи мне крик!"?

— Ну, кастинг же — вещь индивидуальная. Все его проводят по-своему. Кто-то просто общается с актерами, пытается понять, что это за люди. Кто-то сцену просит, чтобы ему показали сцену. Третий — просит крикнуть. Это у каждого индивидуально. У Славы тоже есть какой-то свой способ.

— Туман в "Невесте" генерировала специальная машина?

— Да. Есть такая голливудская система, где по всему периметру выкладываются трубы, надуваются дымом, и одновременно из всех дырок идет этот дым. Он поддерживает одновременное, стабильное состояние тумана. А раньше пиротехники просто бегали по периметру с дымовыми шашками. И поэтому был рваный дым.

— Эту машину вы специально для фильма собирали?

— Нет. Это известная система, которая используется в Голливуде. Я ее увидел, когда снимал в Чехии. Сейчас в России есть уже практически все те же технологии, что и в Америке. Скоро мы уже не будем отставать ни в чем. Ну, и вот это одна из таких технологий.

— А каскадеры были?

— Конечно! Их было много. Были падения с лестниц, аварии. Финал с "улетаниями" в стены. Это все трюки. Мы строили декорации и подвешивали к потолку рельсы, на которых актеры "улетали". Это специальные системы, достаточно сложные.

— А вот это жуткое существо из тайной комнаты — как вы его сделали?

— Ну, это пластический грим и частично компьютерная графика. Демона играла Лада Чуровская, которая играла и крестьянку, и бабушку. Она — и танцовщица, и очень пластичная актриса из Вахтанговского театра. И вот она все это разнообразно изображала. Ее заслуг тут очень много.

В Голливуде — то же самое

— Бюджет у вас был не самый большой?

— 40 миллионов. Невысокий. Но мы все оптимизировали, как могли. Мы сами снимали, у нас свой продакшн. У нас много своего реквизита, костюмов, и человеческий ресурс очень сильный. Поэтому получилось достаточно недорого и относительно качественно. У нас уже четыре предложения от больших американских студий, которые хотят переснять "Невесту".

— То есть может получиться франшиза?

— Она уже получилась. Я думаю, что в ближайшее время начнем делать американскую версию.

— Уже прямо там, в Голливуде?

— Угу. Но я же там работаю. У меня там студия, в Америке. Я снял два американских фильма. Я туда продал свой сериал «Моими глазами», его купила компания "Fox", и сейчас уже началось производство. Я там — креативный продюсер и буду снимать одну из серий. Ну, если захочу. Потому что у меня сейчас есть вариант снимать там полнометражный фильм. И я не уверен, что найдется время на сериал. Я его один раз снял — чего второй раз снимать-то?

— А в Америке легче или сложнее работать?

— Да никакой разницы! Все то же самое, абсолютно. То, что в Америке происходит что-то нереальное — это советские мифы.

— А почему же голливудское кино — на подъеме, а российское — нет?

— У них просто больше объем рынка. А у нас — сильно меньше. Хотя концентрация талантов — она одинакова по всему миру. Вопрос — кто может этих людей выкупить? 70% американских фильмов сняли эмигранты. То есть люди, которых из какой-то страны, где они хорошо снимали, подтянули в Америку, начали им много платить и давать большие бюджеты.